...Искусство — единственная серьезная вещь в мире, но художник — единственный человек в мире, никогда не бывающий серьезным. Оскар Уайльд
Видеть в жизни больше, чем бытие - идеал, красоту, небесный промысел - это одно составляет предмет Искусства
...Искусство, не имея никакой настоящей причины - может быть, есть самое очевидное доказательство бытия Бога. Мастер Каморки

понедельник, 21 сентября 2015 г.

Россия не бросит своих детей, даже самых удивительных креативных персонажей, поставивших принципом «родина там, где тепло», бешеных пацифистов, влюблённых в майдан поэтесс, писателей со строгими косматыми бровями, светских львов и шакалов, неустанных борцов со сталинизмом, и ещё с русским крепостным правом, конечно же.

prilepin
 Не сложно догадаться в чём кроется причина физиологической неприязни ко всей донецкой и луганской истории московских приятных юношей из отличных кафе, девушек из красивых глянцевых журналов, и из «толстых» журналов тоже, людей, сделавших себе место в Форбсе "с нуля", персонажей, поставивших принципом «родина там, где тепло», подростков, убедивших себя, что «я ничё никому не должен», мужчин, не всегда похожих на мужчин, и женщин - на женщин, креативных менеджеров, и вообще креативщиков как таковых, антиклерикалов, бешеных пацифистов, уставших от человеческой косности музыкантов, влюблённых в майдан поэтесс, писателей со строгими косматыми бровями, светских львов и шакалов, неустанных борцов со сталинизмом, и ещё с русским крепостным правом, конечно же.

Неприязнь их строится на том, что, скажем, в Донецке в течение дня, или, может быть, недели стремительно выяснилось, что их всепобедительное большинство оказалось никчёмным, смехотворным меньшинством.

Их даже никто не выкидывал прочь из их офисов и квартир, из их журналов и с их светских раутов. Этого не понадобилось. Просто разом их мир исчез.

Но с их миром не исчез мир! Что оказалось крайне удивительным.

То есть их нет — а люди есть, и умудрились не умереть за год, не исчезнуть с лица земли, не деградировать, не распасться на атомы.

Как же так? Ведь всё держалось на них — на их журналах, на их холдингах, на их компаниях и кампаниях. Все решалось — ими и только ими, на их раутах, на их конференциях, в их корпорациях, на их двусторонних, закрытых и открытых переговорах, на их тет-а-тетах и тёрках.

И что? Почему всё по-прежнему на месте?

...теперь огромная часть этой публики съехала в Киев — красивые дамы, стильные пацаны, руководство «Донбасс-Арены», главы холдингов и корпораций, держатели акций и креативные менеджеры — и в Киеве пытаются объяснить друг другу, что Донецк захватили бандиты.

А в Донецке просто живут люди.

И если бы их не бомбили, исчезновения подавляющего большинства креативной элиты они просто бы не заметили.

Те, что так трепетно страдают здесь, у нас, в России от донецких и луганских событий — втайне испытывают тот же самый ужас. Что однажды случится день, когда они могут вообще не пригодиться. И мир не рухнет.

И поэтому я спешу, я тороплюсь сказать им всем: нет, нет, нет, без вас никак. Россия огромная, всепринимающая, всеобъемлющая страна, она не бросит своих детей, даже самых удивительных. Мы будем вместе. Форева тугезе.

Только тугезе, наши ненаглядные.

Иначе с кем мы разделим радость наших побед.

Комментариев нет:

Отправить комментарий