...Искусство — единственная серьезная вещь в мире, но художник — единственный человек в мире, никогда не бывающий серьезным. Оскар Уайльд
Видеть в жизни больше, чем бытие - идеал, красоту, небесный промысел - это одно составляет предмет Искусства
...Искусство, не имея никакой настоящей причины - может быть, есть самое очевидное доказательство бытия Бога. Мастер Каморки

2012/12/20

"Вписать новое между строк, не стирая старого" - Николащенко


Татьяна Лиханова // Новая Газета СПб, 06.12.2012, № 92 // см. первоисточник

где: Россия. Санкт-Петербург
событие: Конкурс на разработку концепции развития территорий исторического центра Санкт-Петербурга
Эксперты предлагают рецепт развития исторического центра Петербурга без его разрушения. Проект был готов 25 лет назад.

Сегодня Совет по культурному наследию рассмотрит предложенную Смольным Концепцию сохранения исторического центра Санкт-Петербурга. В преддверии обещающего быть весьма бурным обсуждения «Новая» представляет позицию архитектора Бориса Николащенко — одного из разработчиков проекта-предшественника, принятого еще 25 лет назад.

Минимум вмешательства, максимум заботы
Не в пример нынешней концепции проект сохранения и развития центральных районов Ленинграда создавался без всякой спешки: над ним семь лет трудился коллектив из двадцати ведущих специалистов во главе с выдающимся градостроителем Валерием Назаровым (в прошлом году он был удостоен премии Международного союза архитекторов за генплан Петербурга — 2005 и за верность градостроительной стратегии города), а задание на проектирование получила руководимая Борисом Николащенко мастерская генплана ЛенНИИпроекта.

Диктата бизнеса в ту пору еще не было, как, собственно, и самого бизнеса, а потому начинать можно было не с «хотелок» инвесторов, которым приглянулся тот или иной кусок города, а с серьезного анализа состояния исторической среды.
Над концепцией методики подхода к историческим районам работали два коллектива ученых (во главе с докторами архитектуры М. З. Тарановской и А. В. Махровской), подготовивших многотомное исследование о том, как развивался город и как он пришел в современное на тот момент состояние. К паспортизации домов привлекли и множество добровольцев — из числа ВООПИиК, сотрудников Музея истории города, Ленгосуниверситета. В итоге удалось почти в полтора раза расширить список подлежащих охране зданий и поставить их на учет.
Сегодняшний подход и в этом принципиальной иной — еще в ноябре прошлого года, по итогам проведенного у вице-премьера Дмитрия Козака совещания, правительству Санкт-Петербурга было поручено сформировать предложения по изменению категорий охраны наших объектов наследия и их исключению из госреестра
Тридцать лет назад мастерская Бориса Николащенко, принимаясь за порученную работу, видела задачу так: «С одной стороны — выявить в центре все ценности, с другой — негативные моменты, социальные проблемы, с третьей — найти средство снятия дискомфорта, не потеряв ничего ценного. При минимальном вмешательстве в сложившуюся застройку» (цит. по: журнал «Ленинградская панорама» № 8 за 1988 г.).
Обосновали ключевое положение — центр города бесценен не только своими ансамблями, но и рядовой застройкой, и дворами, составляющими элемент среды и неотделимый композиционный прием.
Выполненный с учетом новейших исследований и опиравшийся на общественное мнение проект сохранения и комплексного развития центральных районов Ленинграда в составе генплана-1985 был утвержден Совмином СССР в 1987 году. Годом позже приняли зоны охраны, действовавшие потом еще 20 лет, в 1989 — 1990-м была разработана документация, обосновавшая включение Петербурга в Список всемирного наследия ЮНЕСКО. Тогда же появились региональные нормативы для исторического центра, была выполнена, согласована и направлена в правительство комплексная программа «Центр».
Таким образом, исторический центр Петербурга получил целый набор документов в обеспечение его сохранения и гармоничного развития.
Однако из-за смены политического строя и возникшего правового вакуума они забуксовали. Последствия хорошо известны.

Центр — для человека, а не офисов
Оценивая предлагаемую теперь программу, Борис Николащенко перво-наперво предлагает обозначить ключевые современные задачи. Помимо декларируемых (расселение коммуналок и сохранение культурного наследия), это еще и оптимизация соотношения мест проживания и приложения труда. Если к началу 1960-х в центре Ленинграда проживали 2 млн человек и было 800 тысяч мест приложения труда, то к 1989 году это соотношение выглядело как 800 тысяч к 900 тысячам соответственно, а к 2012 году составило уже 600 тысяч на 1 миллион.
Усугубление такого дисбаланса приводит к возрастанию объема и длительности ежедневных пассажирских перевозок, отнимает у горожан свободное время и снижает качество их жизни. Последствия этого перекоса невозможно компенсировать никакими мерами по строительству новых магистралей, мостов, тоннелей и автостоянок, уверен эксперт.
А когда историческая среда лишается естественного наполнения людьми, неизбежно страдает и дело сохранения культурного наследия — ведь именно человек является живым воплощением памяти места.
Обращаясь к печальному опыту Москвы, пережившей массовые выселения жителей на окраины, Борис Николащенко призывает прекратить размещать в историческом центре офисные здания, «грошовая прибыль от которых перекрывается провоцируемыми этими зданиями сверхзатратами на транспортную инфраструктуру».
Архитектор убежден, что затеваемая реконструкция кварталов старого Петербурга обязательно должна предусмотреть стабилизацию численности населения в четырех центральных районах (без западной части Василеостровского) на уровне не ниже 600 000 человек. При этом мест приложения труда на этой территории должно быть не больше миллиона. В этой связи ему представляется методически оправданным решение городского правительства о компенсационном жилом строительстве, социальных жилых домах и маневренного фонда в пределах означенных кварталов. Резерв есть — внушительные площади занимают склады, промышленные предприятия, которые надо выносить куда подальше.
Это вполне позволит восполнить неизбежную при перепланировке квартир и зданий убыль жилого фонда (около 15 %).

Щадящий метод вместо радикальной реконструкции
Борис Васильевич подчеркивает, что планировать надо только те мероприятия, что необходимы и достаточны для устранения объективных застарелых проблем: ликвидировать (с полным или частичным расселением) коммунальные квартиры, перепланируя их и модернизируя инженерные системы; расселять помещения в зонах вредного воздействия промышленных предприятий и те, что расположены в первых этажах выходящих на оживленные магистрали флигелей (их можно использовать для размещения недостающих объектов коммунально-бытового или социального назначения); обеспечивать современное оборудование домов (лифты, горячее водоснабжение, замена газовых плит на электрические); менять коммуникации, организовывать места хранения автомобилей.

Архитектор убежден, что дискредитировавший себя метод радикальной реконструкции с расселением, последующим полным сносом здания и сооружением на его месте бетонного новодела должен быть заменен более щадящим — позволяющим сохранять основные габариты и конструкции исторических домов. Есть достаточно примеров успешного проведения капремонта без расселения жителей или с частичным расселением (как делалось некоторыми подрядными компаниями в Центральном районе).
Именно такой метод реконструкции наиболее адекватен петербургским условиям и заслуживает самого широкого применения. В случае необходимости ремонту должны предшествовать укрепление оснований, фундаментов и стен. Соответствующие подходы и технологии давно подтвердили свою эффективность, получили широкое распространение в Европе.
Сносы же зданий брандмауэрного типа у нас почти всегда приводят к деформациям несущих конструкций соседних домов, порождая цепочку аварийности по принципу домино. Учитывая хроническое отсутствие реальных санкций за содеянное, мораторий на снос, а затем и полный запрет сноса зданий в историческом центре Борис Николащенко считает не только оправданным, но и необходимым.

Необходимо и достаточно
Согласно приведенным им оценкам, еще 20 лет назад 60 % квартир в центре города были коммунальными, а сегодня их осталось только 17 %. Эксперт обращает внимание, что столь поразительный результат был достигнут без копейки бюджетных вложений — исключительно совместными усилиями жителей, инвесторов и риелторов. При этом за тот же период почти в пять раз увеличилось количество мест в гостиницах в историческом центре: с 9400 до 50 000, т. е. мы почти вышли на евронорму (15 гостиничных мест на 1000 жителей).
Определяя подходы к сохранению и развитию кварталов исторического центра, Борис Николащенко подчеркивает: гораздо важнее заявленной цели те методы и средства, которыми она будет достигаться. Он убежден, что решающую роль сыграет умелое и эффективное применение щадящих технологий, адекватных очень уязвимой ткани исторического центра, а не декларируемые благие намерения. Первичны и неизменны — форма, морфология среды, геометрия застройки кварталов. А функция, виды использования помещений и зданий, ради которых инвесторы часто их «модернизируют», — вторичны и, как правило, кратковременны и взаимозаменяемы.
— Следует научиться вписывать новое «между строк», не стирая старого текста и не вырывая страниц. Желательны необходимость и достаточность, локальность и дискретность, неагрессивность и обратимость градостроительных преобразований. Недопустимы гигантомания и техницизм как философия. Необходима и обязательна обратная связь с общественным мнением, с жителями реконструируемых кварталов. Исторический центр — это скорее сложный организм, нежели механизм. И потому к нему более применима терапия, нежели хирургия. Совершенствуя — не разрушать.
Таковы главные итоговые принципы Бориса Николащенко.
Расселяй и властвуй?
Как известно, правительство Петербурга уже приняло программу сохранения части исторического центра, включающей территории «Конюшенная» и «Северная Коломна — Новая Голландия». Такой выбор представляется Борису Николащенко не вполне обоснованным. По его мнению, для отработки методов преобразований разумнее в качестве пилотных кварталов взять те, что находятся на периферии исторического центра.
Отобранные же теперь расположены в самой старой и наиболее ценной части старого Петербурга, в охранной зоне первой категории.
«Конюшенная» представляет собой полностью завершенную сбалансированную систему общественных пространств, дворов и застройки. Там совсем нет лакун или участков с незавершенной средой. Значит, отмечает эксперт, нет и предмета для реконструкции (в сложившемся на практике значении этого термина).
Из 176 адресов, входящих в территорию «Конюшенная», 99 — объекты культурного наследия. На сто процентов из них состоят пять здешних кварталов. При этом, по данным господина Николащенко, аварийных зданий тут нет вообще.
По «Северной Коломне — Новой Голландии» расклад такой: из 128 адресов 61 приходится на объекты культурного наследия. И здесь всего два аварийных здания.
На обеих выбранных территориях на обитателей коммуналок или нуждающихся в улучшении жилищных условий (очередников) приходится только 20,9 % квартир.
Из чего эксперт делает вывод: «Полное расселение зданий с последующим их комплексным капитальным ремонтом (реконструкцией) не является адекватным или оптимальным методом преобразований для указанных территорий». Борис Васильевич предупреждает: даже если поспешное изменение федерального законодательства узаконит выселение собственников отдельных квартир (а тут таковых две трети жителей), это не убедит людей в том, что их права не нарушены и что навязываемый им вариант не имеет альтернативы.