...Искусство — единственная серьезная вещь в мире, но художник — единственный человек в мире, никогда не бывающий серьезным. Оскар Уайльд
Видеть в жизни больше, чем бытие - идеал, красоту, небесный промысел - это одно составляет предмет Искусства
...Искусство, не имея никакой настоящей причины - может быть, есть самое очевидное доказательство бытия Бога. Мастер Каморки

2019/10/14

Про архитектурную мимикрию... Приличия и непотребства

 Петербург, Васильевский о-в, 3 линия, Жилой комплекс АЛЬБА, 2000г.Весьма легкомысленная статья в "Деловом Петербурге". Приветствую энтузиазм и полемический задор автора, Дм.Ратникова, который, кстати, организовал популярный в среде активных горожан Архитектурный рейтинг в журнале "Канонер". Однако, и журналисту не мешало бы знать, не мимикрия - главный мотив архитекторов, предпочитающих в определенных условиях вести себя сдержанно. Петербург не просто город - знаменитый музей с неподражаемой и великой архитектурой... Хорошо ли было бы ходить по Эрмитажу и шумно сморкаться в занавески? Не уверен. Мастер Каморки

К аким быть новым зданиям в старом городе? Это вопрос, который не дает покоя архитекторам. Сегодня "ДП" рассказывает о методе мимикрии, когда новостройки хотят спрятать среди доходных домов.
Принято считать, что попытка создать фасад, похожий на дореволюционный, называется ретроспективизмом или историцизмом. 
Часто подбирают и другие синонимы. Например, бывший главный архитектор Петербурга Александр Викторов использовал термин из лексикона натуралистов: "Есть крайности: когда архитектор из–за своих амбиций пытается построить объект, который не вписывается в контекст застройки, либо, наоборот, мимикрия, когда он всего боится и рисует объект, который трудно отличить от других. Ни то ни другое не люблю".
Чтобы не выделяться
Особенно сильно желание сделать новый дом максимально незаметным было в 1990–е и начале 2000–х. К тому периоду, например, относится здание на 3–й линии В.О., 56, спроектированное архитекторами Евгением Григорьевым и Николаем Никитиным для ЗАО "ИСТ–строй". Тогда в российскую практику начал проникать постмодернизм, который, "используя декоративные приемы предыдущих стилей, иногда переворачивал все с ног на голову или как нравится и собирал из этого композицию", — комментирует "ДП" Евгений Григорьев. По его словам, авторы не стремились воспроизводить эклектику при проектировании дома на 3–й линии. Но имело место "желание попасть в провинциальную среду Васьки, поймать душу Петербурга".
"Если прежде в исторических стилях деталь всегда использовалась на полном серьезе, то в постмодернизме появился свой феномен: теперь она возникает не сама по себе, а всегда с неким отстранением, отношением к ней "извне". Появились мотивы самоиронии, которых раньше не существовало. Поэтому наши дома — никакая не ретроспектика", — считает Григорьев.

На той же улице, но на другой стороне — на 2–й линии, 27, — в 1998 году жилое здание построило ЗАО "Омни структуре Санкт–Петербург". Отметив высокое качество работ этой компании с сербскими корнями, позволяющее вот уже 20 лет сохранять изначальный облик дома, автор проекта Святослав Гайкович, совладелец ООО "Архитектурное бюро "Студия–17", сказал "ДП": "Наверное, в тот далекий 1998–й доминировало желание не скопировать что–то, а попасть в контекст".
"Дом на 2–й линии характерен тем, что он технологически в общем повторяет соседей. Это кирпичная кладка, штукатурка, металлическое покрытие кровли, традиционное отношение к планировке квартир и их выражению на фасаде. Маленькое поле, которое остается на стилистику, было освоено так, чтобы получилось контекстуально, — а на Васильевском острове в целом преобладает эклектика", — объясняет выбор направления Гайкович.

Стало слишком пресно
В 2003 году в самом сердце города, на Троицкой площади Петроградской стороны, появилась часовня. Некоторые ее считают рекламой застройщика — Балтийской строительной компании, название которой большими золотыми буквами увековечено на фризе.
Издали Троицкая часовня выглядит как большой гранитный колокол. "Выбранная стилистика связана с тем, что ее строили к 300–летию города. Были использованы характерные элементы: есть немножко барокко, классицизма, а камень — как напоминание о набережных. Это собирательный образ архитектуры Петербурга", — говорит автор здания гендиректор ООО "Архитектурное бюро "Я. К." Александр Кицула. Важно было, чтобы часовня "не разрушила, а желательно дополнила ансамбль Троицкой площади, который не нами был сделан".
Отличие между модернизмом и историцизмом, по мнению Кицулы, связано с наличием в последнем декора. Но постепенно ситуация меняется, считает он: "Те, кто любит модернистскую архитектуру, пришли к тому, что модернистские здания слишком пресны, и теперь пытаются их декорировать. Существуют удачные примеры, в этом плане лидер у нас (архитектор Сергей. — Ред.) Чобан".

А подайте дворец
В Петербурге есть случаи, когда под старину переделывают. Один из самых курьезных — реконструкция типового детского сада сталинских лет на ул. Подковырова, 37, для офиса крупной нефтегазовой компании. Там ООО "Архитектурная студия "М4" карикатурно использовало элементы барокко.
Другая не менее крупная нефтяная компания в 2014 году выстроила дворец на Аптекарской наб., 8. Здание обрело вполне узнаваемые элементы классицизма вроде портика с мощным фронтоном, полуциркульных окон с замковыми камнями, каннелированных колонн и балясин террасы, но при этом пропорции и слишком крупные оконные проемы не дадут усомниться в годе постройки (работа ООО "АММ–проект").
Продолжает привлекать внимание копия Воронцовского дворца, возведенная в промышленной зоне на Мебельной ул., 11. Она вызвала удивление даже у тех, кто любит историческую архитектуру. Среди критиков — гендиректор ООО "Архитектурная мастерская М. Атаянца" Максим Атаянц: "Здесь речь о механическом переносе существующего здания на новое место. Такой подход в принципе не может быть удачным". По словам Атаянца, даже когда до революции повторяли здания на других местах — например, есть клоны церкви Милующей иконы Божией Матери (Большой пр. В.О., 100), "это было не просто дословное копирование, а самостоятельные произведения на основе удачных оригинальных строений".
Не все любят обращение к историцизму. Так, принципиальным противником выступает архитектор–художник, автор книг об истории архитектуры Петербурга Валерий Исаченко. Рассуждая на тему теоретической замены стеклянных домов быта или кирпичных хрущевок в старой части города на декорированные здания, он возмущается: "Заменить эклектикой? Боже упаси". Исаченко убежден, что центр не закрыт для новой архитектуры: "Есть такое мнение у хранителей памяти, у общества охраны памятников и "Живого города": "Не трогайте старый город". Категорически не согласен. Если дом плохой, прогнивший и некрасивый, что молиться на него только потому, что он из прежних времен? Его в принципе можно заменить современным зданием, но при одном условии — на основе конкурсного проекта"...

Читать статью целиком и в оригинале:

Новостройки под старину в исторической зоне: из уважения к окружению или от беспомощности?


Дмитрий Ратников Все статьи автора

Рекомендации Мастера Каморки:

Захар Прилепин создает общественное движение «За Правду»